247
Пространственная тоска и тягость токов – это одно, ужимки и извивы астрала – другое. Как прижатая вилкой змея, извивается он, пытаясь ужалить горящее сердце. Но волею крепко, как рогаткой змею, прижать его надо и обезвредить. Может шевелиться и приходить в движение, но воли давать ему над собою нельзя. Может смертельно ужалить. Укусы собственного астрала, наносимые духу, болезненны очень, ибо на нейтрализацию яда уходит слишком много жизненных сил. Астральное необузданное начало в человеке – это и есть пожиратель его огненной энергии. Неистовство и беснования астрала яро расхищают и поглощают психическую энергию. Можно ли безвольно допускать, чтобы жизнь в себе убивалась и распущенный астрал бесконтрольно управлял духом? Можно ли сущность свою безвольно отдавать астралу на растерзание? Не годится паяц на пути к Братству. Кривляния, ужимки и паясничество астральной оболочки не следует в себе допускать ни при каких условиях. Нет и не может быть оправдания этому позорному и унизительному рабству. О каком же достоинстве духа можно говорить, если это достоинство унижено и растоптано неистовствующей низшей оболочкой? Железной рукою надо сдерживать все попытки астрала безумие свое уявлять. Он, как опасный враг, сторожко сидит в засаде, чтобы обрушиться на путника. Он опытен и коварен, он тысячи оправданий найдет, чтобы утянуть сознание вниз и заставить его окунуться в вихри астральных эмоций. Он ими живет и ими питается. Не любит он, не выносит он спокойствия – это прошлое, нужное и полезное в прошлом, но ныне уже нуждающееся в укрощении и полном подчинении духу. Свободному духу не нужен астрал, не нужен он и духу завершающему. И вам он нужен как слуга, беспрекословно выполняющий ваши приказания, как инструмент, безвольно послушный в умелых руках. Человек – владыка и господин всех своих оболочек, но не раб, не раб, не раб...